Перевод подготовлен Клубом «Суть Времени».

У людей есть право на злость. Но не мешало бы также озаботиться тем, куда популизм заведет политику.

От Сиэттла до Сиднея протестующие вышли на улицы. Вдохновлены ли они движением «Захвати Уолл-Стрит» в Нью-Йорке или «индигнадос» (indignados) в Мадриде, они пылают негодованием по поводу состояния экономики, по поводу несправедливого положения дел, при котором бедные платят за грехи богатых банкиров и, в некоторых случаях, по поводу капитализма как такового.

В прошлом для западных политиков и либеральных экономистов было легко отвергать такие проявления гнева как выступления заблуждающегося меньшинства. Например, в Сиэттле последние крупные протесты (против ВТО, в 1999 году) выглядели бессмысленно. Если у них была цель, то выглядела она эгоистично - попытка ослабить развивающийся мир через протекционизм. В этот раз некоторые вещи выглядят похожими: отдельные проявления агрессии, многочисленные бессвязные разглагольствования и достаточное количество несообразностей. Протестующие из разных стран имеют разные цели. Повышенные налоги для богатых и ненависть к финансистам - разве что так можно привести к общему знаменателю позицию протестующих, хотя опросы, проведенные в Америке, показывают, что злоба людей в отношении правительство значительно сильнее злобы в отношении Уолл-Стрит.

Даже если протестующих мало и в их среде царит неразбериха, опасно не придавать значения широким протестам, которые существуют на Западе. У протестующих есть серьезные, глубинные поводы для недовольства. Молодежь - не только те, кто вышел на улицы - вполне может столкнуться с более высокими налогами, менее обильными доходами и более высоким установленным пенсионным возрастом, чем их родители. Наиболее скоро они столкнутся с тем, что дома - дорогие, кредит получить сложно, а работа в дефиците не только в старых производственных индустриях, но и в изысканных сервисах, которые привлекают растущее количество обремененных долгами выпускников высших учебных заведений. В Америке 17,1% граждан моложе 25 лет - безработные. В Европе молодежная безработица составляет в среднем 20,9%. В Испании эта цифра достигла пугающих 46,2%. И только в Германии, Нидерландах и Австрии эти показатели выражаются однозначными числами.

Не только молодежь ощущает затруднения. Люди среднего возраста сталкиваются с падением зарплат и сужением пенсионных прав. А пожилые замечают, что инфляция «съедает» ценность их сбережений; в Великобритании цены растут на 5,2%, а доход по банковским депозитам менее 1%. Между тем, банкиры получают колоссальные бонусы.

История, нищета и протесты.

Для человека с улицы все происходящее - это признак системы, потерпевшей крах. В настоящий момент никакая из западных политических моделей не имеет достаточного доверия. Европейская социальная демократия обещала избирателям выгоды, которые общество больше не может себе позволить. Англосаксонская модель утверждала, что свободный рынок создаст процветание; вместо этого многие избиратели чувствуют, что они получили экономические пузыри, основанные на долгах, и экономику, которая приспособлена к интересам финансовой элиты, которая быстренько захватила все доходы и затем еще заставила остальных себе помогать. Используя один из лучших слоганов протестующих, один процент наживается за счет остальных 99 процентов.

Поскольку недовольства более легитимны и обширны, чем предыдущие протесты против системы, то и выше опасность. Популистский гнев, особенно не имеющий ясной программы, в тяжелые времена может завести куда угодно. 1930-е представляют наиболее ужасный пример. Недавний (и менее пугающий) случай - это чайная партия. Оправданный гнев американского среднего класса, борющегося против громоздкой государственной системы, на практике трансформировался в форму обструкционного нигилизма: ничто, связанное с налогами, не может идти через Вашингтон, включая реформу налогов.

Тревожно, что политики уже находятся в состоянии, похожем на испуг. Республиканцы сначала осуждают захватчиков Уолл-Стрит, а затем обнимаются с ними. В Европе социал-демократическим партиям грозит поражение на выборах, если они отойдут слишком далеко от центристских позиций, но их лидеры, такие, как Эд Милибэнд в Великобритании и Франсуа Холланд во Франции, все еще находят антибанкирскую риторику привлекательной. Почему бы не сделать красивый жест - суперналог на богатых? Что может сделать ситуацию хуже? С трудом справляющийся Барак Обама, который уже заигрывал с классовой борьбой и критикой бизнеса, может легко рассмотреть вариант втягивания Китая и китайской валюты в противостояние. И это все может привести к худшему: суровые меры и протесты всегда идут рука об руку.

Лечи болезнь, а не симптомы.

Сильные политики могли бы сфокусироваться на 2 вещах. Первое - это срочно найти решение проблем, приведших к протестам. Это, прежде всего, означает делать больше для того, чтобы их экономики заработали снова. Впечатляющим началом было бы внушающее доверие решение по кризису евро. В целом надо бы избрать линию поведения, которая поддерживает рост экономики: применять меньше суровых мер в короткой перспективе для возможности урегулирования в среднесрочной, в частности путем повышения пенсионного возраста. Необходимо быть уверенным, что богатые платят свою долю, но чтобы это имело экономический смысл: можно увеличить взимание налогов с богатых путем устранения лазеек, одновременно снижая предельную налоговую ставку. Реформировать финансовую систему следует решительно. «Переходи к Бейзел 3 (Basel 3 - новый глобальный банковский стандарт адекватности и ликвидности - прим. ред.) и более высоким требованиям к капиталу» - это не лучший слоган, но это могло бы в большей степени сократить бонусы на Уолл-Стрит, чем большинство идей, витающих над Зукотти Парком.

Второе - это говорить правду. Особенно о том, где совершаются ошибки. Самая большая опасность в том, что справедливая критика эксцессов финансового риска превратиться в неоправданные нападки на всю глобализацию. Следует помнить, что эпицентром кризиса 2008 года была американская собственность - ее едва ли можно отнести к свободным, неиспорченным правительством рынкам. При том, что ошибки финансистов имели место («слишком большой, чтобы упасть», неумеренное использование деривативов и остальные), громадная дыра в большинстве правительственных бюджетов в меньше степени базируются на помощи банкам, а в большей степени на политиках, тратящих слишком много во время бума, и дающих обещания по вопросу пенсий и социальной защиты, которых они никогда не выполнят. Оглянитесь на большинство недавних проблем - от высоких цен на питание до нехватки рабочих мест для молодых испанцев - и это в меньшей степени связано с ростом развивающегося мира, чем с вмешательством государства.

Глобальная интеграция имеет свою цену. Она будет оказывать все большее давление на жителей Запада, как высококвалифицированных, так и необученных. Но в любом случае преимущества значительно перевешивают затраты, и в сущности, все возможности трудоустройства приходят из открытой экономики, а не подчинения инстинктам протестующих. Западные правительства уже однажды подвели своих граждан; возведение большего количества барьеров, чтобы остановить товары, идеи, деньги и людей, пересекающих границу, было бы гораздо большей ошибкой. Протесты - это первый залп в большой и долгой битве, и наша газета твердо стоит на стороне открытости и свободы.