Материал подготовлен клубом «Суть времени»

Рэйджел Марин

Решение НАТО и Совета безопасности ООН завершить военную операцию в Ливии 31 октября подводит итог внешней гуманитарной операции, которая кажется наиболее успешной, поскольку затруднения в Афганистане и Ираке вызвали недовольство западного общества подобными предприятиями. На первый взгляд, операция в Ливии выглядит как хрестоматийный пример того, как должна работать доктрина ООН «Ответственность за защиту». Сторонники доктрины надеялись, что она законодательно закрепит обязательство внешних сил вмешиваться (когда это возможно, невоенными методами, но, если необходимо, то и с оружием в руках), если диктаторский режим грозится истребить свой собственный народ.

Мартовские угрозы Муаммара Каддафи устроить кровавую бойню в удерживаемом повстанцами Бенгази были как раз таким особым случаем, который имели в виду создатели доктрины. И санкционированная ООН интервенция НАТО предотвратила резню. При этом НАТО уже сделало гораздо больше. Оно не только спасло жителей Бенгази, но и последующей военной операцией положило конец 42-летней диктатуре Каддафи, включив Ливию в список стран Арабской весны.

Белый дом, Даунинг-стрит*, 10 и, больше всех, Елисейский дворец поздравляют друг друга. Однако, была бы уместной более адекватная реакция. Во-первых, непонятно, приведет ли свержение Каддафи к власти в Ливии лучшее или более демократическое правительство; пока что революции Арабской весны не были перспективными в этом направлении. А во-вторых, в отличие от более ранних гуманитарных вмешательств, доктрина была призвана защищать гражданских лиц, а не проводить смену режима. Резолюция совета безопасности, которая разрешила основанное на доктрине вмешательство для защиты Бенгази, не разрешала внешним силам обеспечивать воздушную поддержку последующему бунту против Каддафи. И, почти наверняка, без этой поддержки он не был бы свергнут.

Скептики вроде меня, настороженно относящиеся к системе взглядов сторонников вмешательства, должны признать, что отказ от неё позволит диктаторам вроде Каддафи остаться у власти. Но сторонники вмешательства должны признать, что в самый разгар восстания вроде такого, которое произошло в Ливии, нельзя защитить людей без смены режима. Однако, они этого не признали, и в результате кампания в Ливии нанесла тяжелый, возможно даже непоправимый, ущерб шансам доктрины стать мировой нормой.

Те, кто считает, что это только к лучшему, и миру не нужно, чтобы сильные страны опять могли бомбить более слабые - теперь во имя прав человека и международных гуманитарных норм - будут довольны. Но сторонники доктрины должны скорбеть, а не праздновать.

Хотя восторг часто сопровождает ошеломляющие военные победы, он редко оправдан. Слишком быстро после свержения Саддама Хусейна в 2003 году президент Джордж Буш-младший на палубе авианосца США недальновидно заявил: «Миссия выполнена». Американцы дорого заплатили за это безмозглое хвастовство.

Подобным образом поспешные восторги о завершении операции в Ливии теперь скрывают тот факт, что натовская интерпретация доктрины по существу перепевает старые песни военных гуманитарных вмешательств по типу Косово на новый, санкционированный ООН лад. Видна прямая связь между такими упорными либеральными адептами вмешательства, как Саманта Пауэр и Бернар-Анри Леви, которые на каждом углу кричат о необходимости поддержки ливийской кампании, и Тони Блэром, который во время войны в Косово (он тогда был премьер-министром Великобритании) заявил, что в 21-м веке Запад должен взять на себя обязательства вести войны для поддержки своих ценностей, а не своих интересов. Это просто эгоизм, вот что это такое. Блэр и его коллеги в Париже и Вашингтоне с легкостью отказывались от своих провозглашаемых ценностей и закрывали глаза на преступления Каддафи, когда им это было выгодно. А потом они решили, что приобщение Ливии к Арабской весне лучше послужит их интересам. Смена режимов стала политикой Запада, а мандат доктрины ООН о защите населения стал ее прикрытием.

Сторонники вмешательства во внутренние дела Ливии часто отвечают на подобные обвинения, подмигивая и кивая, как будто мы все согласны с тем, что основное назначение доктрины - всегда служить моральным и политическим гарантом для любой гуманитарной войны, которую они посчитают необходимой, независимо от её законности. Свержение Каддафи - это хорошо, да? Свергнут еще один ужасный диктатор, вместо него теперь демократическое правительство; НАТО еще раз доказало свою полезность; и, в отличие от американской и британской агрессии в Ираке, операция в Ливии была действительно многосторонней. Беспроигрышная ситуация, с какой стороны ни посмотри.

«Ответственность за защиту» - доктрина, явившаяся результатом добрых намерений, но один из её самых больших недостатков - то, что она превращает войну в некий вид полицейской работы, которая руководствуется мифами о  нравственной чистоте и справедливости. Война, даже если она ведется на законных основаниях и со строгим соблюдением норм международного гуманитарного права, всегда скатывается в варварство (вспомните, как погиб Каддафи). Вот почему даже правильное применение этой доктрины влечет за собой моральные риски. И когда она искажается, как это сделало НАТО в Ливии, доктрина становится не нужной реформой международной правовой системы, а угрозой ее законности.

Когда приверженцы доктрины продвигали ее в ООН в середине прошлого десятилетия, они подчеркнули ее невоенные аспекты и настаивали, что использование силы будет исключительной крайней мерой. Однако в Ливии применение силы последовало практически сразу за выставлением Каддафи ультиматумов, в сущности, доктрина «прогнулась» под НАТО. В результате повсюду за пределами Европы и северной Америки доктрина теряет то небольшое моральное значение, которое у нее было.

Это не должно никого удивлять. Доктрина вторжения, которая одновременно претендует на высокую мораль и вопит о своей универсальности, но в результате которой Большой Север всегда вмешивается в дела Большого Юга - это не нравственный прогресс, это обычные геополитические разборки.

В прошлом месяце, пока чиновники Парижа, Лондона и Вашингтона поздравляли друг друга с успешным завершением операции в Ливии, в Совете безопасности ООН Китай и Россия наложили вето, а Бразилия и Индия воздержались от введения гораздо более мягких, невоенных санкций против Сирии. Очевидно, что в обозримом будущем ООН не будет разрешать мероприятия подобные тому, которое провели в Ливии.

Никто бы не подумал, слушая победные вопли Запада, что вместо укрепления доктрины в качестве новой мировой нормы, вторжение НАТО в Ливию вполне может выступить в качестве его кульминации.

Дэвид Рифф является нью-йоркским журналистом и автором восьми книг, в том числе «Кровать на ночь. Гуманизм в условиях кризиса».

* Даунинг-стрит, 10 - адрес проживания премьер-министра Великобритании в Лондоне (прим. редактора)