Материал подготовлен Клубом «Суть Времени»

Сокрытие собственных преступлений свойственно практически всем сильным державам - по крайней мере, тем из них, которые не потерпели поражение.

11 сентября другого — 1973-го — года ЦРУ инициировало переворот, в результате которого свергло демократически избранного президента Чили Сальвадора Альенде и установило в стране военную диктатуру [GALLO/GETTY]

Мы приближаемся к 10-ой годовщине 11 сентября 2001 года — ужасных злодеяний, которые, как принято считать, изменили мир. Первого мая предполагаемый организатор преступления Усама бин Ладен был уничтожен в Пакистане частями элитного спецподразделения американских коммандос «Морские котики», после того как был схвачен, безоружный и никем не охраняемый, в результате операции «Джеронимо».

Ряд аналитиков обратили внимание, что, хотя бин Ладен был в конце концов убит, он добился нескольких крупных побед в войне против США. «Он постоянно утверждал, что единственный путь выдворить США из мусульманского мира и победить их приспешников заключается в том, чтобы втянуть американцев в серию локальных, но дорогостоящих войн, которые в конце концов приведут их к банкротству, — пишет Эрик Марголис — то есть «сделать кровопускание США», по выражению бин Ладена. США под руководством сначала Джорджа Буша, а затем и Барака Обамы угодили прямо в подстроенную бин Ладеном ловушку…Невообразимо раздутые военные расходы и склонность накапливать долговые обязательства — возможно, самое губительное наследие, которое мог оставить человек, решивший, что способен победить США» — особенно когда проблема внутреннего долга цинично эксплуатируется крайне правыми в сговоре с руководством демократической партии, для того чтобы уничтожить то, что осталось от социальных программ, государственного образования, профсоюзов и, наконец, вообще убрать все преграды на пути к тирании корпораций.

То, что Вашингтон непременно приступит к осуществлению пламенных пожеланий бин Ладена, было ясно сразу. Как обсуждалось в моей книге «9/11», написанной вскоре после тех событий, любой знающий данный регион признает, «что массированное вооружённое нападение на мусульманское население станет осуществлением молитв бин Ладена и его сторонников и ввергнет США и их союзников в «дьявольскую западню», по выражению французского министра иностранных дел.

Старший аналитик ЦРУ Майкл Шойер, с 1996 года следивший за Осамой бин Ладеном, написал коротко после этих событий, что «бин Ладен точно сформулировал причины войны против Америки. Он ставит своей целью кардинально изменить политику США и Запада в отношении исламского мира». Это ему в значительной степени удалось: «Американские вооружённые силы и их политика завершают радикализацию исламского мира, что пытался сделать Осама бин Ладен начиная с 90-ых годов прошлого века, добившись значительного, но не окончательного успеха. В результате, я думаю, следует честно признать, что США остаются единственным неизменным союзником бин Ладена». Вероятно, они остаются его союзником даже после его смерти.

Первое «11 сентября»

Была ли альтернатива? Вполне вероятно, что джихадисткое движение, большинство представителей которого очень критически относились к бин Ладену, могло быть расколото и подорвано после 11 сентября. «Преступление против человечности», как это было правильно названо, могло быть воспринято именно как преступление, что повлекло бы международную операцию по поимке подозреваемых. Тогда это все признавали, но такая идея даже не была рассмотрена.

В книге «9/11» я цитировал вывод Роберта Фиска о том, что «ужасающее преступление» 11 сентября было совершено «с безнравственностью и поразительной жестокостью» — весьма точная характеристика. Полезно помнить, что преступление могло оказаться ещё хуже. Предположим, например, что нападение привело к бомбардировке Белого дома, убийству президента, приходу к власти диктатора, который бы убил тысячи и подверг пыткам десятки тысяч человек в процессе создания международного террористического центра, который помог бы установить подобное террористическое репрессивное государство в других странах и осуществить международную кампанию по убийствам, а заодно привести команду экономистов, которые назывались бы«кандагарские мальчики» и которые быстро ввергли бы экономику в самую худшую депрессию за всю её историю. Это, очевидно, было бы намного хуже, чем события 11 сентября.

К сожалению, это не является мысленным экспериментом. Единственная неточность в этой короткой справке заключается в том, что количество следует увеличить в 25 раз, чтобы получить показатели на душу населения, которые и являются надлежащими оценками. Я, конечно, имею в виду событие, которое в Латинской Америке часто называют «первым 11 сентября» — 11 сентября 1973 года, когда увенчались успехом активные усилия США по свержению демократического правительства Сальвадора Альенде в Чили с помощью военного переворота, который установил жестокий режим генерала Пиночета. Цель переворота, по словам администрации Никсона, заключалась в том, чтобы уничтожить «вирус», который мог воодушевить всех тех «иностранцев, которые ставят своей целью «поиметь» нас», на захват собственных ресурсов и иные действия по независимому развитию, что было бы неприемлемо. За этим стояло заключение Совета Безопасности ООН о том, что если США не смогут контролировать Латинскую Америку, они не смогут «успешно поддерживать порядок в и других частях света».

«Первое 11 сентября» не изменило мир, в отличие от второго. Это событие не имело «никаких серьезных последствий», как сказал Генри Киссинджер своему боссу пять дней спустя.

Эти события с небольшими последствиями не ограничивались военным переворотом, который уничтожил чилийскую демократию и привёл к страшным событиям. Первое 11 сентября было одним из актов драмы, которая началась в 1962 году, когда Джон Ф. Кеннеди изменил задачи военных Латинской Америки с «обороны полушария» — пережитка времён второй мировой войны — на «внутреннюю безопасность», с её ужасающей интерпретацией в кругах Латинской Америки, где доминировали США.

В недавно опубликованной Кембриджским университетом «Истории холодной войны» латиноамериканский ученый Джон Котворт пишет, что, начиная «с того времени и до распада СССР в 1990 году, количество политзаключенных, жертв пыток и казней политических диссидентов намного превосходило их число в СССР и в его восточно-европейских сателлитах». В частности, совершались акты расправ на религиозной почве, а также массовые убийства, непременно поддерживавшиеся или инициированные Вашингтоном. Последним значительным актом насилия стало грязное убийство шести ведущих латиноамериканских интеллектуалов, священников-иезуитов, несколько дней спустя после падения берлинской стены. Преступники были бойцами элитного Сальвадорского батальона, которые уже оставили кровавый шокирующий след, пройдя обучение в школе спецназа имени Джона Фитцджеральда Кеннеди. Они действовали по прямым указаниям высшего командования США, выступавшего в роли заказчика.

Последствия этой чумы в масштабе полушария ещё, конечно, будут продолжаться.

От похищений и пыток к убийствам

Всё это и многое другое осталось без внимания и было забыто, как несущественные издержки. Те, чья миссия — управлять миром, наслаждаются более привлекательной картинкой, показанной в деталях в последнем номере престижного (и респектабельного) журнала Королевского института международных отношений в Лондоне. В главной статье обсуждается «видимый мировой порядок» «второй половины 20 века», для которого характерна «универсализация американского представления о коммерческом процветании». Такая формулировка не лишена смысла, но она недостаточно точно передаёт восприятие тех, кто находится по другую сторону баррикад.

То же самое справедливо и в отношении убийства Осамы бин Ладена, которое завершает по меньшей мере одну из фаз «войны с террором», объявленной Джорджем Бушем после второго 11 сентября. Давайте обратимся к некоторым мыслям об этом событии и его значении.

1 мая 2011 года Осама бин Ладен был убит в своём практически не охраняемом жилище в результате спецоперации 79 «морскими котиков», которые проникли на территорию Пакистана на вертолётах. После появления многочисленных мрачных версий, предложенных и опровергнутых правительством, из официальных сообщений становилось всё более очевидно, что операция была спланированным убийством и сопровождалась многочисленными нарушениями норм международного права, начиная с самого вторжения.

Судя по всему, не предпринималось никаких попыток захватить безоружную жертву, что, наверное, было по силам 79-ти коммандос, не встречающим сопротивления — кроме, как они утверждают, сопротивления его жены, также безоружной, которую они застрелили в целях самообороны, когда она «кинулась» на них, как утверждали в Белом доме.

Правдоподобную картину происшедшего предложил корреспондент Йоши Дризен, ранее работавший на Ближнем Востоке, и его коллеги из журнала «Атлантик». Дризен, бывший военный корреспондент Wall Street Journal, является старшим корреспондентом National Journal Group по военным вопросам и национальной безопасности. Согласно их расследованию, Белый дом не рассматривал возможность захвата бин Ладена живым: «Администрация ясно дала понять секретному Объединённому командованию специальных операций, что им нужен мёртвый бин Ладен, как пояснил официальный представитель американской администрации, знакомый с сутью обсуждений. Высокопоставленный военный офицер, которому доложили о штурме, заявил, что у «морских котиков» была команда не брать бин Ладена живым».

Авторы добавляют: «Для многих из тех  в Пентагоне и Центральном разведывательном управлении, кто потратил почти 10 лет, охотясь за бин Ладеном, убийство этого боевика было необходимым и спланированным актом возмездия». Далее: «захват бин Ладена живым мог также поставить перед администрацией ряд запутанных правовых и политических проблем». В таком случае его лучше убить и сбросить тело в море без проведения ДНК-анализа, обязательного после убийства, что, как можно было бы ожидать, спровоцировало бы гнев и скептическое отношение в большой части мусульманского мира.

Согласно расследованию «Атлантик», «Решение непременно убить бин Ладена было на сегодняшний день самой недвусмысленной иллюстрацией тех нюансов контртеррористической политики Барака Обамы, на которые мало обращают внимание. Администрация Буша захватила тысячи подозреваемых и отправила их в спецтюрьмы в Афганистане, Ираке и на Кубе (Гуантанамо). Администрация Обамы, напротив, сконцентрировалась на уничтожении отдельных террористов, вместо того чтобы захватывать их живыми». И это является одним из существенных различий между Бушем и Обамой. Авторы цитируют бывшего канцлера ФРГ Гельмута Шмидта, который «заявил немецкому ТВ, что американская операция была «практически полным нарушением норм международного права» и что бин Ладена следовало арестовать и предать суду». Но это идёт вразрез с заявлением генерального прокурора США Эрика Холдера, который «встал на защиту решения убить бин Ладена, хотя последний и не представлял серьезной угрозы для «морских котиков». Холдер заявил комитету сената, что штурм был во всех отношениях законен, легитимен и уместен».

Ликвидация тела без проведения вскрытия также была раскритикована союзниками. Высокопоставленный английский адвокат Джеффри Робертсон, который поддержал вторжение и был против казни в основном из прагматических соображений, охарактеризовал заявление Обамы о том, что «правосудие свершилось», как «абсурд», который должен быть очевиден бывшему преподавателю конституционного права. Законодательство Пакистана «требует проведения коронерского расследования в случае насильственной смерти, а согласно нормам международного права в области прав человека «право на жизнь» подразумевает обязательное расследование всякий раз, когда речь идёт о насильственной смерти в результате полицейских операций или государственных мер».

Робертсон вполне уместно напоминает нам:

«Это не всегда было так. Когда настало время решать судьбу людей, ещё более увязших в преступлениях, чем Осама бин Ладен — нацистских лидеров, то британское правительство готово было повесить их в течение 6 часов после пленения. Президент Трумэн возразил, по сообщению судьи Роберта Джексона, что суммарная казнь «не будет легко воспринята американским сознанием и не станет предметом гордости для наших детей... единственный путь заключается в том, чтобы определить виновность или невиновность обвиняемых по итогам слушаний, которые должны быть настолько беспристрастны, насколько позволит нам ситуация, и аргументация которых обеспечит ясность наших доводов и мотивов».

Эрик Марголис пишет, что «Вашингтон ни разу не предоставил обществу доказательств своих заявлений о том, что Осама бин Ладен стоял за нападениями 11 сентября». Вероятно, это и есть одна из причин, по которой «каждый третий респондент в США верит, что за терактами 11 сентября стояло правительство США и/или Израиля». В то же время, в мусульманском мире скептицизм проявляется ещё сильнее. «Открытый судебный процесс в США или в международном трибунале в Гааге мог бы пролить свет на эти обвинения», — продолжает он, указывая, что это и есть настоящая причина, по которой Вашингтону следовало бы соблюдать закон.

В обществах, где к закону относятся с некоторым уважением, подозреваемых задерживают и предают справедливому суду. Я подчеркиваю: «подозреваемых». В июне 2002 года глава ФБР Роберт Мюллер в своём заявлении, которое газета «Вашингтон Пост» назвала «самым подробным публичным высказыванием о причинах нападения 11 сентября», смог лишь сказать, что «следователи полагали, что идея нападения 11 сентября на ВТЦ и Пентагон исходила от лидеров «Аль-Каиды» в Афганистане, фактическое планирование осуществлялось в Германии, а финансирование операции поступало через Объединённые Арабские Эмираты из источников в Афганистане».

То, о чём ФБР полагало и думало в июне 2002 года, оно не знало за 8 месяцев до этого, когда Вашингтон отверг попытки «Талибана» предложить (насколько серьёзно, мы не знаем) провести суд над бин Ладеном, если им предоставят доказательства. Таким образом, неверным является заявление президента Обамы, сделанное из Белого дома после уничтожения бин Ладена, что «мы быстро узнали, что нападения 11 сентября были проведены «Аль-Каидой».

Не было никаких оснований сомневаться в том, во что верило ФБР в середине 2002 года. Но эти сведения далеко не достаточны для доказательства виновности, требуемого в цивилизованном обществе. И каковы бы ни были доказательства, это не даёт права на убийство подозреваемого, который мог быть, как это представляется, без труда арестован и привлечён к суду. Во многом это справедливо и в отношении доказательств, представленных впоследствии. Так, комиссия по 11 сентября предоставила обширные косвенные доказательства роли бин Ладена в событиях 11 сентября, в основном базирующиеся на признательных показаниях узников Гуантанамо. Сомнительно, чтобы многие из этих доказательств можно было использовать в независимом суде, принимая во внимание способы их получения. Как бы там ни было, выводы комиссии по итогам утверждённого Конгрессом расследования, какими бы убедительными они кому-то ни казались, явно не соответствуют приговору настоящего суда, а именно такой приговор переводит обвиняемого из разряда подозреваемых в разряд осуждённых.

Много говорят о «признании» бин Ладена, но это только хвастовство, а не признание, и оно не более правдиво, чем если бы я сказал, что выиграл Бостонский марафон. Это хвастовство многое говорит нам о его характере, но ничего не говорит о его причастности к тому, что он считал самым большим достижением, за которое он хотел взять ответственность.

Опять же, всё это, очевидно, не зависит от чьих-то суждений о его причастности, которая с самого начала казалась и до сих пор кажется очевидной.

Преступные нападения

Стоит добавить, что причастность бин Ладена была признана — и осуждена — значительной частью мусульманского мира. Один из значительных тому примеров — выдающийся духовный лидер Ливана Шейх Фадлалла, пользующийся большим уважением движения «Хезболла» и шиитов вообще, в том числе за пределами Ливана. Он кое-что понимает в нападениях с целью убийства. Его пытались убить с помощью заминированного грузовика рядом с мечетью — эту операцию организовало ЦРУ в 1985 году. Он выжил, но погибли 80 человек, большинство из них — женщины и девушки, выходившие из мечети. Это одно из многочисленных преступлений, которое не вошло в анналы террора по той причине, что оно совершено «не тем ведомством». Шейх Фадлалла резко осудил теракты 11 сентября.

Один из ведущих специалистов по джихадисткому движению Фаваз Джергес предполагает, что движение могло бы расколоться в то время, если бы США использовали эту возможность, вместо того чтобы мобилизовать движение, особенно своим нападением на Ирак, что стало благом для бин Ладена и привело к резкому усилению террора, как и предполагали разведслужбы. На слушаниях Чилкота по расследованию причин вторжения в Ирак бывший глава британской контрразведки МИ-5 показал, что обе разведслужбы — МИ-5 и ЦРУ — были хорошо осведомлены, что Саддам не представлял серьёзной угрозы, что вторжение, вероятно, спровоцирует рост террора и что вторжение в Ирак и в Афганистан вызовет рост радикально настроенной части мусульман, которые видели в военных операциях «нападение на ислам». Как часто бывает, общественная безопасность не стала высшим приоритетом в действиях государства.

Было бы полезно спросить самих себя, как бы мы реагировали, если бы иракские десантники высадились у резиденции Джорджа Буша, убили его и выбросили его тело в Атлантический океан (разумеется, после соблюдения всех погребальных ритуалов). Бесспорно, он был не «подозреваемым», а «человеком, принимавшим решение», который отдал приказ вторгнуться в Ирак, что является «величайшим международным преступлением, отличающимся от других военных преступлений только тем, что содержит в себе абсолютное зло» — именно за такое преступление были повешены нацистские преступники: сотни тысяч погибших, миллионы беженцев, уничтожение большей части страны и её культурного достояния и кровавые столкновения на религиозной почве, охватившие уже весь регион. Столь же несомненно и то, что эти преступления превосходят всё, в чём винят бин Ладена.

Сказать, что всё это не содержит противоречий — не значит предположить, что никто это не оспаривает. Если кто-то до сих пор верит, что Земля плоская, это не меняет того бесспорного факта, что Земля является шаром. Столь же несомненно и то, что Сталин и Гитлер были ответственны за страшные преступления, хотя их сторонники это отрицают. Всё это должно быть, опять же, слишком очевидным и потому не нуждаться в комментариях, если бы не запредельная атмосфера истерики, которая не позволяет мыслить рационально.

Таким же образом несомненным является факт совершения «величайшего международного преступления» — агрессии — Бушем и его приближёнными. Такое преступление было абсолютно точно определено главным советником США на Нюрнбергском процессе судьёй Робертом Джексоном. «Агрессор, — сказал Джексон во вступительной речи, — это государство, которое первое совершило такие действия, как вторжение своих вооружённых сил, с объявлением войны или без него, на территорию другого государства…». Никто, даже самые фанатичные сторонники нападения, не отрицают, что Буш и его окружение сделали именно это.

Мы также должны вспомнить об очень точных словах Джексона о принципе универсальности, которые но произнёс на Нюрнбергском процессе: «Если определённые действия, нарушающие положения договоров, являются преступлениями, то они будут преступлениями не зависимо от того, кто именно их совершает, будь то США или Германия. Мы не будем попустительствовать тому, чтобы против других совершались преступные деяния, совершения которых мы не хотели бы в отношении нас».

Также ясно, что озвученные намерения не имеют отношения к делу, даже если верить в их правдивость. Как впоследствии стало известно из документов, японские фашисты, судя по всему, на самом деле верили, что разорение Китая позволит им построить там «рай на земле». И хотя это сложно представить, всё же можно допустить, что Буш и его окружение уверовали, будто они защищают мир от ядерного оружия Саддама. Это ничего не меняет, хотя ярые сторонники обеих сил могут попытаться убедить себя в обратном.

Итак, мы поставлены перед выбором: либо Буш и его окружение виновны в совершении «величайшего международного преступления», включая всё то зло, которое за ним последовало, либо мы объявляем, что Нюрнбергский процесс был фарсом, а все союзники повинны в узаконенном убийстве.

Имперская ментальность и события 11 сентября

За несколько дней до уничтожения бин Ладена во Флориде тихо скончался Орландо Бош. Он проживал там вместе со своим сообщником Луисом Посада Каррилесом и многими другими подельниками по международному терроризму. После того как ФБР обвинило его в совершении десятка террористических актов, Бош был помилован Бушем-старшим, несмотря на возражения Министерства юстиции, которое признало, что «решение обеспечить безопасное проживание Боша неизбежно нанесёт ущерб государственным интересам США». Совпадение этих двух смертей сразу заставляет вспомнить о доктрине Буша-младшего — «уже… де факто ставшей правилом в международных отношениях», по мнению признанного эксперта по международным отношениям Грэма Эллисона, — которая не признаёт «суверенитета государств, предоставляющих убежище террористам».

Эллисон ссылается на речь Буша-младшего, адресованную «Талибану», в которой он говорит, что «те, кто укрывают террористов, виновны в той же мере, что и террористы». Поэтому такие государства теряют суверенитет и становятся законной целью для бомбардировок и насилия — но к их числу относится, например, государство, которое приютило Боша и его приспешников. Когда Буш изрек это новое «фактическое правило международного права», никто не заметил, что он призывал к вторжению в США, уничтожению страны и убийству её преступных президентов.

Всё это не представляет проблемы — конечно, если мы откажемся от джексоновского принципа универсальности и примем вместо него принцип, согласно которому США освобождают самих себя от необходимости соблюдать нормы и конвенции международного права. Принцип, который правительство этой страны стало очень часто демонстрировать со всей очевидностью.

Стоит задуматься и над названием, которое получила операция по уничтожению бин Ладена: операция «Джеронимо». Имперская ментальность настолько глубока, что лишь немногие, судя по всему, догадались, что Белый дом возвеличивает бин Ладена, называя его именем Джеронимо — вождя племени апачей, бесстрашно сопротивлявшихся захватчикам своих земель.

Случайный выбор названия напоминает о том, с какой лёгкостью мы даём имена жертв наших преступлений орудиям убийства: «Апач», «Чёрный Ястреб» (основной боевой вертолёт армии США «Apache» заимствовал название у индейского племени апачей; американский многоцелевой вертолёт «Blackhawk» назван именем вождя племени сок — прим. перев.)... Возможно, наше отношение было бы другим, если бы Люфтваффе назвала свои истребители «Еврей» и «Цыган».

Упомянутые примеры могли бы попасть в категорию «политики американской исключительности», если бы не тот факт, что непринуждённое сокрытие собственных преступлений свойственно практически всем сильным державам — по крайней мере, тем из них, что не потерпели поражение и не были вынуждены признать реальность.

Возможно, убийство было воспринято администрацией как «акт возмездия», как заключает Робертсон. А отказ от легальных способов отправления правосудия, возможно, отражает разницу между моральной культурой 1945 года и моральной культурой наших дней, предполагает он. Но какой бы ни был мотив, это едва ли мог быть вопрос общественной безопасности. Как и в случае с «величайшим международным преступлением» в Ираке, убийство бин Ладена является очередной иллюстрацией того важно факта, что общественная безопасность не входит в число главных приоритетов в действиях государства, вопреки принятой доктрине.

Ноам Хомский является почётным профессором Факультета лингвистики и философии Массачусетского технологического института. Он — автор большого количества работ-бестселлеров по политологии, в том числе «9-11: Was There an Alternative?» («11 сентября: была ли альтернатива?», на англ. яз., изд. Seven Stories Press) — переработанного издания  его классической версии, которое будет опубликовано на этой неделе вместе с новым большим очерком, из которого и был взят этот текст и в котором рассматриваются 10 лет, прошедшие после терактов 11 сентября.

Данный отрывок был впервые опубликован на сайте TomDispatch.com.